Недобросовестная конкуренция и монополизм в историческом аспекте

Методы недобросовестной конкуренции и монополизм имеют очень давнее происхождение и длительную историю. Фактически они появились вместе с институтом конкуренции и становлением товарно-денежных отношений в государствах Древнего мира. Письменные свидетельства существования и широкого распространения недобросовестной конкуренции в ранний период человеческой цивилизации довольно обширны и многообразны. Вот как высказывался о рыночных отношениях в VI в. до н.э. Анахарсис, один из семи мудрецов античности: «Рынок – это место, нарочно назначенное, чтобы обманывать и обкрадывать друг друга».

Целиком созвучны с ним и высказывания библейских персонажей. Пророки, в частности, очень недоброжелательно относились к людям, занимавшимся предпринимательской деятельностью: «Купец держит в руках фальшивые весы, − говорит Осия, − он любит мошенничать». В самой Библии имеются наставления для предпринимателей: «Употребляй правильные весы, − говорится там, − и правильные каменные гири».

Следует отметить, что на ранних этапах развития экономических отношений недобросовестные действия не ассоциировались с понятием «конкуренция», а больше относились к занятию предпринимательством вообще. Широко было распространено мнение, что честным путем, не прибегая к мошенничеству и обману, приобрести богатство было невозможно. Поэтому представители предпринимательского класса – купцы, торговцы, ростовщики, банкиры – считались зачастую людьми грешными, с нечистой совестью, преследующими только свои коммерческие интересы. Показателен в этой связи призыв Христа в Нагорной проповеди: «Не собирайте себе сокровищ на земле, где моль и ржа истребляют и где воры подкапывают и крадут».[1] Не менее известна евангельская притча: «Легче верблюду пройти сквозь игольное ушко, чем богачу войти в царствие небесное».[2]

Более четко оформляется понятие нечестной конкуренции в спортивных состязаниях, гладиаторских боях и рыцарских турнирах. Всякие уловки участников единоборств рассматривались как попытки получить односторонние преимущества и строго наказывались по правилам своего времени.

Что же касается образования монополий в той или иной сфере хозяйственной жизни, то в античном мире и Средневековье это было обычным и вполне распространенным явлением. Широко распространены были монополии на производство каких-либо изделий (например, Кирена монополизировала изготовление лекарственного растения сульфий; Арреций – арретинской керамики), на сбыт (закупка Афинами македонской древесины). В Греции и Риме был монополизирован сбыт китайского шелка и индийских пряностей. В традициях древних восточных государств был монополизм монархов на производство и продажу различных изделий (масло, пиво и пр.).

В период Средневековья гильдиям и цехам обычно принадлежала какая-либо монополия или привилегия, купцам – торговая, ремесленникам – промышленная. Городам, как правило, принадлежала монополия на проведение рыночной и ярмарочной торговли. Таким образом, уже на ранних стадиях развития хозяйственной жизни формируются различные подходы к проблеме ограничения конкуренции. Монополизм развивается под воздействием таких факторов, как умелость и мастерство, с одной стороны, и предоставление государственной властью односторонних преференций – с другой. Недобросовестная конкуренция во многом отождествляется с обманом, обсчетом, обвесом и иными мошенническими действиями, которые дискредитировали предпринимательство вообще и отдельных предпринимателей как таковых.

Такое положение дел не могло устраивать тех коммерсантов, купцов и ремесленников, которые вели бизнес честно. Первые элементы противодействия недобросовестной конкуренции мы замечаем не на законодательном уровне, а в рамках предпринимательских корпораций, гильдий и цехов. Понимая, что негативное мнение потребителей очень мешает успешному бизнесу, купцы, ремесленники, а затем и представители промышленности стали бороться с недобросовестными торговцами и производителями своими методами. Замеченных в неблаговидных делах коллег по бизнесу изгоняли из предпринимательского сообществ, что фактически означало введение запрета на занятие предпринимательством вообще или каким-либо отдельным видом деятельности. Так, известно, что русские купцы практически никогда не пользовались услугами юристов при заключении договоров поставки продукции. Более того, чаще всего такие договоры были устными. Замеченные в неблаговидных делах партнеры по бизнесу дисквалифицировались весьма просто – с ними больше никто не хотел вести совместного бизнеса и нарушитель де-факто получал «черную метку».

Позднее виновных в дискредитации какого-либо товара или вида предпринимательской деятельности стали привлекать к третейскому или коммерческому суду, который выносил решения, основываясь на обычаях и добрых традициях ведения дел без обмана и подделок, без клеветы на товар или конкурента. Таким образом, в основу нормы при ведении бизнеса закладывались морально-этические категории, отклонение от которых подрывало репутацию как отдельных купцов, банкиров и промышленников, так и всего предпринимательского сообщества в целом.

При этом следует отметить и такой нюанс, что с помощью законодательства трудно регулировать отношения, связанные с такими нравственными категориями, как совесть, мораль, справедливость. Подобно тому, что закон не занимается мелочами (De minimus non curat lex), недобросовестная конкуренция может стать той «мелочью», которая подрывает бизнес, т.е. с одной стороны, недобросовестная конкуренция может быть мелкой и незаметной, с административной и уголовной точки зрения ненаказуемой (или наказуемой весьма символично); с другой стороны – очень чувствительно отражаться на бизнесе неопределенно большого круга предпринимателей.

Эту особенность недобросовестной конкуренции, подрывающую добрую репутацию даже тех предпринимателей, которые ведут дела честно, представители бизнеса особенно остро стали ощущать во времена промышленной революции, когда конкуренция обострилась, а фактор репутации и клиентелы стал важнейшим элементом конкурентоспособности.

 

[1] Матфей, гл. 6, ст.12.

[2] Евангелие от Матфея, гл. 19, ст. 24; Евангелие от Луки, гл. 18, ст. 25. Смысл выражения: имеется в виду, что богатый человек, прежде чем стать таковым, совершил для достижения этой цели немало грехов и даже преступлений. Поэтому ему трудно рассчитывать на воздаяние за «праведное поведение» в загробной жизни.

Близкие по смыслу выражения широко известны в мировой литературе: «За каждым большим состоянием кроется преступление» (О. Бальзак), «Все крупные современные состояния нажиты самым бесчестным путем» (И. Ильф и Е. Петров) и др.

 

Прив. по: Галкин В.В. Методы недобросовестной конкуренции: экономическое содержание и правовое регулирование. — С.4-6.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*