Госкорпорации

Особой формой корпораций и корпоративного управления являются подконтрольные правительству акционерные общества, ставшие в современной России особой формой государственного предпринимательства. Существование таких крупнейших структур, объединяющих под своей эгидой десятки и даже сотни предприятий в виде холдингов со значительной и даже 100-процентной долей государства, обусловлено рядом причин.

Во-первых, после распада СССР и началом процесса приватизации государственных предприятий встал вопрос о невозможности полного разгосударствления стратегических отраслей национальной экономики – таких, как оборонно-промышленный и сырьевой комплекс, атомная промышленность, железные дороги, космическая сфера, гражданская и военная авиация. Основными доводами против приватизации стали такие аргументы, как сохранение технологических и военных секретов, крайняя нежелательность допуска к акционированию иностранных компаний, снижение оборонного потенциала и отсутствие достаточного капитала у внутренних инвесторов.

Второй важный момент состоял в стратегии создания опорных структур, в недрах которых копился финансовый, интеллектуальный, технологический и инновационный потенциал для будущего экономического роста. За образец руководство государство взяло опыт функционирования южнокорейских чеболей – крупных финансово-промышленных групп, которые и стали локомотивами роста экономики Ю.Кореи в последние десятилетия.

Роль южнокорейских чеболей в российских хозяйственных условиях должны выполнить госкорпорации – на это указывает сам В.Путин в статье «О наших экономических задачах», опубликованной в январе 2012 г.

Рассматривая вопрос о месте России в мировом разделении труда, В.Путин справедливо указывает на отечественную экономическую систему как преимущественно сырьевую, в которой свыше четверти валового внутреннего продукта – это доходы от продажи нефти, газа, металлов и прочих невоспроизводимых ресурсов. «В процессе рыночной, в значительной степени стихийной трансформации – подчеркивает российский президент, — выживали наиболее ликвидные отрасли, связанные с экспортом необработанного сырья и полуфабрикатов. Фактически мы пережили масштабную деиндустриализацию, потерю качества и тотальное упрощение структуры производства. Отсюда крайне высокая зависимость от импорта потребительских товаров, технологий и сложной продукции».

Что же делать, если ситуация в экономическом мире меняется очень динамично и степень неопределенности предельно высока – кто будет брать на себя риски от неверной оценки конъюнктуры и внезапных появлений товаров рыночной новизны? Российское государство решает существенную часть данной проблемы за счет госкорпораций, являющихся инструментами «сохранения научного и производственного потенциала за счет консолидации ресурсов и централизации управления». Причем эту цель руководство нашей страны считает практически достигнутой.

Часть российских госкорпораций из сырьевых отраслей – такие, как Газпром, Роснефть, Транснефть – призваны концентрировать валютную выручку для решения инфраструктурных и бюджетных задач, финансовый блок в лице Внешэкономбанка, Россельхозбанка, Сбербанка и ВТБ должны направлять денежные потоки и кредитные ресурсы туда, куда укажет правительство. Свои конкретные задачи выполняют такие госкорпорации, как Российские железные дороги, Росатом, Роснано, Ростехнологии, Олимпстрой, Объединенная авиастроительная корпорация и некоторые другие.

Руководитель госкорпорации назначается лично Президентом РФ или главой правительства. В Советы директоров госкорпораций входят, как правило, чиновники высокого уровня в ранге министров или заместителей министров, руководители из аппарата правительства или администрации президента. Такой специфический персональный состав Советов директоров, а также то обстоятельство, что госкорпорациям не грозит банкротство, предопределяет специфику корпоративного управления этими структурами, кадровый состав и направления развития бизнеса.

В известной мере систему корпоративного управления в современной России мы должны трактовать расширительно, выходя за рамки только лишь внутренних процессов пусть даже огромных по своим масштабам акционерных обществ. Госкорпорации вместе с их Советами директоров, управляющими и контролирующими органами работают на правительство, т.е. получают руководящие указания из единого центра. При необходимости они легко получают требуемые финансовые ресурсы и пополнение акционерного капитала.

Фактически правомерно говорить об отдельном секторе экономики, который противостоит остальному национальному и международному бизнесу в конкуренции за потребителя, ресурсы, более выгодные условия функционирования. Корпоративная или акционерная форма организации таких государственных структур – лишь более удобная правовая и организационная оболочка по сравнению с унитарными и казенными предприятиями. Статус ОАО создает более цивилизованные формы контроля и финансовой отчетности – особенно, если какая-то часть акций обращается на фондовой бирже. Например, руководство России может совершенно точно сказать, какова рыночная капитализация на текущий момент Сбербанка, Газпрома или Роснефти. При этом про ОАО РЖД такого не скажешь, так как все 100% акций находятся в собственности государства и на рынке не котируются.

К госкорпорациям можно предъявлять обоснованные претензии по поводу их «нерыночности» и меньшей эффективности в управлении. Бесспорно, определенная забюрократизированность управленческих процессов и меньшая гибкость крупным государственным АО свойственна. Однако нельзя сбрасывать со счетов и достоинства госкорпораций – скоординированность управленческих процессов на уровне правительства, возможность осуществлять принудительные инновации, поддерживать определенный уровень цен в соответствии с поставленными руководством страны задачами (по ставкам банковским кредитов малому бизнесу, ипотеке, по ценам на электроэнергию, топливо и газ, тарифам на железнодорожные перевозки и т.д.). Другое дело – как нивелировать недостатки госкорпораций и делать более значимыми их достоинства.

 

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*