Экономика СССР в 1970-е годы: попытки реформирования

Потенциал   реформ  и  преобразования   при  Н.  Хрущеве  был  достаточно  высок, несмотря  на  то,  что  эти  реформы   натолкнулись  на  серьезное  противодействие.  На  излете правления   Н.  Хрущева  в  экономике  накопилось  немало  негативных  черт,  которые  были обусловлены  как  волюнтаристскими  преобразованиями  руководства,  так  и  исчерпанием резервов экстенсивного хозяйствования. Проект Директив по восьмому пятилетнему плану развития народного хозяйства СССР (1966 – 1970) разрабатывался сложно. Уже в самый разгар работы (1963 – 1964) стало ясно, что цифры, заложенные в Программе партии, в том числе и на 1970 г., едва ли выполнимы. Ученые  и  практики  бились  над  тем,  как  рассчитать  пятилетку  в  соответствии  с провозглашенными  заданиями,  ведь  недаром  их  уже  на  октябрьском  (1964)  Пленуме  ЦК КПСС называли волюнтаристскими.

Возникла идея разработать еще один – семилетний план на 1966 – 1972 гг. чтобы как-то  замаскировать  невозможность  выхода  на  рубежи,  определенные  ХХ  съездом  КПСС   и чтобы к 1972 г. хотя бы немного превзойти план 1970 г. Но к концу 1965 г. решили все же отказаться  от  этого  и  снова  вернулись  к  восьмой  пятилетке,  в  течение  которой планировалось  увеличить  производительность  труда  в   промышленности  на  33 – 35%, прибыль –более чем в 2 раза. Также намечалось 80 % прироста продукции обеспечить за счет роста производительности труда (против 62% в седьмой и 72% в шестой пятилетке).

Было предусмотрено развитие территориально-производственных комплексов (ТПК): Западно-Сибирского,  Ангаро-Енисейского,  Южно-Таджикского,  Тимано-Печерского  и  др. Предполагалось  уделить первостепенное  внимание  развитию  сельского  хозяйства, производству  потребительских  товаров,  росту  реальных  доходов  населения.  Однако осуществить  задуманное  было  невозможно  без   кардинальных  изменений  в  экономике,  а потому остро встала проблема ее реформирования.

На октябрьском (1964) Пленуме ЦК КПСС первым секретарем был избран Л. Брежнев, а Председателем Совета Министров – А. Косыгин. Л. Брежнев стал выразителем интересов партийно-государственного  аппарата.  Господствующими  в  этой  среде  настроениями  были: неприятие  хрущевских  реформ,  стремление  к  стабильности.  Поэтому  новое   руководство избрало  сравнительно  умеренный  консервативный  курс  в  экономической  и  социальной политике.  Его  идеологическим   обоснованием  была  концепция  развитого  социализма, которая позволяла не только отодвинуть задачу построения коммунизма на неопределенный срок, но и зафиксировать достижения на этом пути, а также избежать постановки сколько-нибудь определенных задач.

В  отличие  от  Сталина  и  даже  от  Н.  Хрущева,  Л.  Брежнев   относительно  осторожно пользовался  властью.  Более  того,  он  предпочитал  бездействовать,  если  сталкивался  со сложными  проблемами.  В  полной  мере  новый  курс   установился  не  сразу.  В  экономике поначалу  еще   сказывался  реформаторский   импульс  предшествующей  эпохи.  Одним  из первых заметных мер нового руководства страны во главе с Л. Брежневым стало проведение экономической реформы. О ней было заявлено в решениях сентябрьского (1965) Пленума ЦК КПСС. Ее замысел и формирование в ту пору приписывали новому руководству, но это было  не  совсем  так.  Идеи  подобных преобразований  возникли  в  годы  хрущевского правления.

Принятию  решения  о  проведении  экономической  реформы  предшествовала  широкая дискуссия,  начало  которой  было положено  публикацией   в  газетах  «Известия»  и  «Правда» статьи  «План,  прибыль,  премия»  харьковского  профессора   Е.  Либермана.  Она  вызвала бурное обсуждение, как в прессе, так и в среде экономистов о возможности и необходимости более широкого использования товарно-денежных отношений в хозяйственном управлении экономикой в СССР. Эти идеи были подхвачены либерально настроенными экономистами: В. Новожиловым, Г. Лисичкиным, Я. Кронродом и др.

Под  экономическими  методами  подразумевалось  использование  экономических законов,  рыночных  отношений,  материальной  заинтересованности.  Одним  из  крупнейших инициаторов в осуществлении реформы в руководстве был тогдашний Председатель Совета Министров СССР А. Косыгин. Новое руководство не очень симпатизировало этим идеям. Между  Л.  Брежневым  и  Н.  Косыгиным  наметились  некоторые  противоречия  по  поводу оценки  идей  и  значения  реформ.  Н.  Косыгин   в  целом   разделял  пафос  и   направленность реформы, и именно ему, а не Первому секретарю ЦК КПСС было поручено выступить на сентябрьском  Пленуме  ЦК  КПСС  с  изложением  концепции  и  основных  направлений реформы. Поэтому реформу называют «Косыгинской».

Ключевой  задачей  экономической  реформы  был  переход  от преимущественно административных  методов  управления  народным   хозяйством  к  преимущественно экономическим. Предполагалось   усилить воздействие и роль стоимостных инструментов: цены,  прибыли,  кредитов,  процента,  премии  и  т.д.   В  связи  с  этим  под  реформаторские преобразования подводилась  теоретическая  база,  смысл  которой  состоял  в  признании товарной  природы  социалистического  производства.  Впоследствии  эта  точка  зрения осуждалась,  как  проявление  «рыночного  социализма».  Подобные  мысли  высказывал, например,  нынешний  академик  российской  Академии  наук  Н.Петраков.  Он  считал,  что прибыль – наилучший  измеритель  экономической  эффективности  общественного производства.

Следующим  важным  направлением  реформы   стало  изменение  всей  системы планирования и экономического стимулирования. Было признано необходимым  устранить излишнюю  регламентацию  хозяйственной   деятельности   предприятий.  Для  этого  было сокращено  число  плановых  показателей  системы,  ориентированной  на  рост  производства валовой  продукции,  главным  показателем  в  новых  условиях  стал  рост  объемов реализованной продукции предприятия. Предусматривалось оценивать итоги хозяйственной деятельности  по  полученной  прибыли  (рентабельности  производства)  и   выполнению заданий  по  поставкам  важнейших  видов  продукции.  Среди  обязательных  показателей устанавливались  и  такие:  основная  номенклатура  продукции,  фонд  заработной  платы, платежи  в  бюджет  и  ассигнования  из  бюджета,  показатели  по  объему  централизованных инвестиций и вводу действие производственных мощностей и основных фондови некоторые другие. Все остальные показатели хозяйственной деятельности предстояло разрабатывать и выполнять  самостоятельно  в  пределах   техпромфинплана,  т.е.  рабочей   программы предприятия.  Иными   словами,  речь  шла  об  усилении  оперативно-хозяйственной самостоятельности  предприятий.

Реформа  объявила   предприятие  основным  звеном социалистической  экономики.  Это  давало  возможность  усилить  заинтересованность предприятий и отдельных работников в результатах своего труда. Чтобы заинтересованность предприятия в повышении качества товаров и сокращении продукции,  не  пользующейся  спросом,  наряду  с  объемом   валовой  продукции  вводиться показатель стоимости реализованной продукции, то есть той, за которую  уже получены от потребителя   деньги.  По  новому  положению  прибыль   предприятия  стали  делить  на  две части.  Одна — по  прежнему   передавалась  государству,  использовалась  централизованно. Другая оставалась в распоряжении предприятий и расходовалась на обновление основных фондов,  премии,  культурно-бытовые  нужды  работников  предприятий.  Таким  образом, процветание предприятий в большой степени, чем ранее, ставилось в зависимость от его доходности.

В соответствии с принципами реформы было решено расширить экономические права предприятий,  развивать  прямые  связи  между   производителями  и   потребителями  на принципах взаимной материальной заинтересованности и ответственности. Предполагалось внедрять  в  практику  отношения,  основанные  на  хозяйственных  договорах  между предприятиями. В новых условиях, чтобы обеспечить сбыт продукции,а не просто сдать ее на  склад,  необходимо  было  найти   покупателя,  заказчиков,  заключить  с  ними  договоры,  а это, как предполагалось,  было  возможно  только  при  достаточно  высоком  качестве производимой  продукции.  Но  часто  это  было  сделать  затруднительно,  поскольку предусмотренные  первоначально  прямые  связи  между  предпринимателями  и  оптовой торговлей  средствами  производства  не  были  введены  из-за  несовместимости  с  системой фондирования и разнарядок.

Тем не менее, возросшая самостоятельность предприятий пришла в противоречия с полномочиями  министерств  и  ведомств,  с  жесткими  директивным  планированием  всего народного хозяйства, в частности, с установкой на стабильность цен. Реформа оптовых цен была   проведена  в  1966 – 1967  гг.  Для  повышения  роли  экономического стимулирования была  сделана  попытка  усовершенствовать  систему  ценообразования  в  пользу низкорентабельных  производств,  поскольку  в  экономике  наряду  с  высокоприбыльными предприятиями  всегда  существовало  множество  убыточных  (например,  вся  угольная промышленность).  Зачастую   на  некоторых  высокоприбыльных   предприятиях  имелись участки,  выпускавшие  необходимую  для  населения,  но убыточную  продукцию.  Поэтому предприятия сами не хотели выпускать эти изделия и всячески старались от них избавиться. В  связи  с  этим  усиливалось  значение  таких  инструментов,  как  цена,  прибыль,  премия, которые возвращали их в исходное состояние.

Реформа  закладывала  идею  перевода  всех  предприятий  на  полный  хозяйственный расчет. Это предполагало управление предприятиями посредствам экономических стимулов. Для предприятий устанавливались долговременные экономические нормативы и налоговые платежи,  определяющие  их  взаимоотношения  с  государственным  бюджетом:  плата  за фонды,  рентные  платежи,  нормативы  формирования  фондов  развития  и  экономического стимулирования. Личные стимулы тесно увязывались с итогами работы всего предприятия.

Новые  формы,  методы   хозяйствования  распространялись  постепенно.  Сначала  они проходили  проверку  в  рамках  отдельных  предприятий:  еще  в  1963-1964  гг.  по-новому работали в  порядке  эксперимента  московский   автокомбинат  №1,  московское  швейное объединение «Большевичка», горьковское объединение «Маяк». Затем на новые условия в 1966  г.   были   переведены  43  крупные,  экономически  крепкие  предприятия  ряда  ведущих отраслей,  затем – целые  отрасли.  Более  активно  себя  проявили   министерства электротехнической  промышленности,  приборостроения,   автопромышленности.  Их руководители были деятельными сторонниками новых методов хозяйствования, отстаивали идею перевода на хозрасчет целой отрасли, включая аппарат управления министерства.

Определенный  толчок  повышению  производительности  труда  дал   щёкинский эксперимент.  В  1967  г.  в  порядке  эксперимента  объединение  «Химволокно»   г.  Щёкино Тульской  области  получило  право  определять  фонд  заработной  платы  стабильно,  вне зависимости от численности работников. Сокращая численность занятых, комбинат получил право  оставлять  себе  сэкономленную  часть  фонда  заработной  платы  при  сокращении работников. Эксперимент таил в себе немалые резервы роста эффективности производства.

За  1967-1968  гг.  объем   выработки   продукции  на  комбинате   вырос  почти  в  2  раза.  Но широкого   распространения  эксперимент  не  получил,  так  как  содержал  в  себе  серьезное противоречие. Его результаты способствовали заметному высвобождению рабочей силы. Но это  слабо  вписывалось  в  систему  планового  хозяйствования,  при  которой  должна существовать «полная занятость».

Многочисленные противоречия реформы можно было бы  устранить, если постепенно продвигаться  к  рынку.  Однако  это  было  невозможно  по  политико-идеологическим соображениям. Даже такой крупный реформатор как А. Косыгин был противником рынка и выступал  лишь  за  отдельные  элементы   рыночных  отношений,  за  усиление  роли экономических  регуляторов  в  плановой  экономике.

Н.Косыгину  противостоял Л.  Брежнев, который  вообще  не  был  сторонником  сколько-нибудь  серьезным  реформ.  К  тому  же советское  руководство  беспокоило  усиление  американский  интервенции  во  Вьетнаме,  а также  «пражская  весна»  1968  г.  (социализм  с  «человеческим  лицом»,  «рыночный социализм»).  Попытки  компартии  Чехословакии  придать  социализму  «второе  дыхание»,  в том числе с помощью рыночных механизмов, привели в конечном счете, в вторжению стран Варшавского  Договора  в  Чехословакию.  В  итоге  экономические  реформы  в  СССР  стали свертываться, начался возврат к более детальному планированию деятельности предприятий со стороны министерств.

В  меньшей  степени   реформа  коснулась  сельскохозяйственного  производства.  На  это были  направлены  решения  мартовского  (1965)  Пленума  ЦК  КПСС.  Отменялись обязательные  повсеместные  посевы  кукурузы,  больше  внимания  стал   уделяться Центральным  Черноземным  и  Нечерноземным  районам  страны,  восстанавливались приусадебные участки и т.д. Менялась система закупок сельскохозяйственной продукции: вводились твердые (неизменные) и сравнительно низкие планы заготовок на несколько лет вперед  до  1970  г.  включительно.  Были  повышены  закупочные  цены  на  пшеницу,  рожь  и другие  культуры,  предусматривались  дифференциация  цен по  различным  зонам  и  районам страны.  При  сверхплановой  продаже зерна  государству  устанавливалась  50  %  надбавка  к основной  закупочной   цене.  Принимались  меры  по  укреплению  хозяйственного  расчета  в сельскохозяйственных предприятиях. Резко  усилились финансирование аграрного сектора.

В  1966 – 1980  гг.  в  него  было  направлено  883  млрд.  руб.,  что  составляло  78%  всех инвестиций  в   сельское  хозяйство  за  все   годы  советской  власти.  За  счет  этих  средств началось осуществление  грандиозных  программ  по  комплексной  механизации, электрификации сельского хозяйства, мелиорации и химизации почв. В 1960-е гг. вновь возродилась идея об организации системы сельскохозяйственных звеньев  с  целью  усиления заинтересованности   работников   в   результатах   их  труда. Предполагалось  перейти  от  крупных  бригад  (до  100  чл.)  к  небольшим  звеньям,  которые отвечали   бы  за  весь   технологический  цикл,  и  получали  оплату  за  всю  произведенную продукцию.  Так,  в  Краснодарском  крае  В.  Первицкий  со  своим  звеном  в  10  чел.  стал получать  урожаи  зерна  в  2 – 3  раза  выше,  чем  у  работавших  на  аналогичных   участках больших бригад.

Еще более  удивительный эксперимент был предпринят в Казахстане. Там И.  Худенко  разрешили внедрить  новую  систему  оплаты  труда  в  одном  из  целинных районов. Вся работа распределялась между небольшими хозрасчетными звеньями, к которым предъявлялось  одно  требование:  произвести  установленный  объем  продукции  к определенному  сроку,  при  этом   заработная  плата   выплачивалась  без  ограничения  по достигнутому  результату.  Итоги  работы  в  течение  нескольких  лет   были  поразительными: производительность  труда превысила  средний  уровень  почти  в  20  раз,  затраты   на производство зерна сократились в 4 раза, зарплата выросла в 4 раза, а прибыли на одного работающего –в 7 раз. Расчеты, сделанные И. Худенко, подтверждали , что введение новой системы по всей стране позволит увеличить в несколько раз производство зерна, сократив при этом число занятых с 35 до 5 млн. человек.

Особенности  восьмой  и  девятой  пятилеток  невозможно  понять  без  анализа  итогов предыдущей  семилетки.  Остановимся  на  этих  итогах,  имея  в  виду  три  обстоятельства, предопределивших во многом последующее развитие экономики. Во-первых,  семилетка  проходила  под  партийным  лозунгом  «развернутого строительства коммунизма», провозглашенного в новой Программе КПСС, принятой в 1961 г. Программа предусматривала построение коммунизма в 60 – 80-е годы.

В первое десятилетие 1961-1970 гг. –предполагалось превзойти все развитые страны, в том  числе  США, по  объему  производства  на  душу  населения,  поднять  более  чем  в  2  раза производительность   труда,  устранить  тяжелый  физический  труд,  обеспечить  всем материальный достаток и благо-устроение жилища. К концу второго десятилетия 1971 – 1980 гг. – создать материально техническую базу коммунизма,  поднять  производительность  труда  в  4 – 4,6  раза,  обеспечить  изобилие материальных  благ  для  всего  населения   в  результате  чего  «в  СССР  будет  в  основном построено коммунистическое общество».

Во-вторых,  другим,  более  важным  итогом  было  успешное  развитие  реальной экономики  по  ряду  направлений.  Значительно  расширились   абсолютные  масштабы  и объемы общественного производства. Национальный доход увеличился более чем на 1/3. В промышленности  возросли   не  только  абсолютные   объемы,  но  и  ежегодные  приросты производства. За семь лет прирост промышленной продукции в 4 раза превысил ее прирост за  все  довоенные  годы.  Особенно  быстро  развивалось энергетика,  добыча  нефти  и  газа, производство  стали  и  проката, машиностроение.  Было  построено  5,5  тыс.  новых промышленных  предприятий,  в  том  числе  такие  гиганты,  как  Братская  ГЭС,  Западно-Сибирский и Карагандинский металлургические комбинаты, газопровод Бухара-Урал.

Таковы были положительные итоги семилетки. Но были и отрицательные результаты, которые  все  отчетливее  проявлялись  все   последующие  25  лет,  а  некоторые  из  них превратились в крупные экономические проблемы. К концу семилетки замедлились темпы роста общественного производства и производительности труда, снизилась эффективность производства,  использование  основных  фондов  и  инвестиции.  В  годы  семилетки  четко проявилась  проблема   диспропорциональности  в  развитии  экономики,  прежде  всего  в производстве  средств  производства  и  предметов  потребления.  Особенно  заметным  стало отставание  сельского  хозяйства: среднегодовой  прирост  его  валовой  продукции  за семилетку  составил  лишь  2%  при  плане  10%  в  результате  общий  объем  продукции  возрос лишь  на  14  %.   Уменьшился  среднегодовой  сбор  зерновых,  резко  сократилось  поголовье скота.

Итоги восьмой пятилетки были достаточно обнадеживающими. Впервые же годы были достигнуты  неплохие  результаты.  Сблизились  темпы  роста  производительности  труда  и заработной  платы  работников,  занятых  в  промышленности.  Заметно  вырос  удельный  вес интенсивных факторов в общем приросте национального дохода страны с 34 % в 1966 г. до 40 %  в  1970  г.  Именно  в  годы  восьмой  пятилетки  введены  в строй  уникальные промышленные  объекты:  Западно-Сибирский  и  Карагандинский   металлургические комбинаты, Красноярская  ГЭС,  началось  освоение  Тюменского   нефтегазодобывающего комплекса, в 1960 –1970 гг. построен Волжский автозавод и др. В некоторой степени были решены проблемы с производством потребительских товаров.

Чем  можно  объяснить   прогрессивные  перемены  в  экономике?  Влияние  реформы, конечно,  было  значительным,  но  не  решающим,  тем  более  что  очевидные  улучшения  в экономике  произошли  именно  в  первой половине  восьмой  пятилетки,   когда  массовый переход  на  новую  систему  только  начинался.  Истинная  причина  в  другом:  как  уже указывалось  выше,  в  период  возврата  от  совнархозов  к  министерствам  предприятия получили  некоторую  свободу   маневра,   какое-то  время  они  не  были   скованы  жестокой регламентацией,  что   и  дало  временный  положительный  эффект.  Следует  отметить,  что  к составлению восьмого пятилетнего плана были привлечены профессиональные экономисты, которые  стремились заложить  в  план  наиболее  оптимальные  параметры  экономического развития страны.

Но уже в 1968 г. темпы роста заработной платы в промышленности обогнали темпы роста  производительности  труда,  а  это  означало,  что,  осуществляя  лишь  незначительные реформы, невозможно обеспечивать долговременный экономический рост. Хотя некоторый эффект  реформы  проявился  достаточно  быстро,  но  он  оказался  кратковременным.  Если  в годы  восьмого  пятилетнего  плана  прирост  объемов   производства  в  промышленности  по сравнению с предыдущей пятилеткой составил примерно 50 %, ав сельском хозяйстве 21 %, то  в  дальнейшем  он  стал  вновь  сокращаться:  43  и  13 %  соответственно – в  годы  девятой пятилетки; 24 и 9 % в годы десятой пятилетки; 20 и 6 % в одиннадцатой пятилетки.

В  конце  1960-х – начале   1970-х   гг.  позитивный  потенциал  хозяйственной  реформы стал  исчерпываться,  народное  хозяйство  возвращалось  к   традиционным  источникам экономического  роста   за  счет   топливно-энергетического  и  военно-промышленного комплекса  (в  рамках  ВПК  находилось  до  80  %  машиностроительных  заводов).  К  началу 1970-х гг., когда в экономике еще ощущалось влияние реформы 1965 г., становилось ясно, что  она   постепенно  сворачивается,  хотя  никто  не  отменял  экономических  методов управления. К концу 1970 г. на новую систему хозяйствования из 49 тыс. промышленных предприятий было переведено 41 тыс., на долю которых приходилось 95% прибыли и 93% общего  выпуска  промышленной продукции. Была  даже  предпринята  попытка  перевести  на хозрасчетные принципы аппарат Министерства приборостроения, средств автоматизации и систем управления.

Однако  все  чаше  стали  проявляться  различные  ограничения  и  регламентации,  что подрывало  саму  идею  хозрасчета.  Были  введены   лимиты  на  образование  фондов экономического стимулирования, сверх которых даже высокорентабельные предприятия не могли увеличить эти фонды. Всю дополнительную прибыль в виде «свободного остатка» приходилось перечислять в госбюджет. Таким образом, хорошо работающие предприятия не поощрялись,  а  фактически  наказывались   за  высокие  результаты.  Но  на  следующий плановый период  задания  для  них   устанавливались  с  учетом  этих  высоких  достижений. Очень скоро под контроль вышестоящих организаций попал и фонд развития производства, который стал включаться в централизованный план распределения капитальных вложений. Тем  самым происходило  жестокое  ограничение  полномочий  предприятий  самостоятельно распоряжаться собственными средствами.

Самым  уязвимым  местом хозяйственной реформы были взаимоотношения относительно  самостоятельных предприятий и   государственных  управленческих  структур, действовавших административными  методами.  Фактическое   принятие  решений распределялось  между  многочисленными  инстанциями  партийно-хозяйственной  иерархии, где исходные документы приходилось согласовывать.

Итак,  экономическая  реформа  1965  г.  ознаменовала  собой  наиболее  масштабную попытку  усовершенствовать  плановую  систему  хозяйствования.  Партийное   руководство страны, сделав несколько шагов к рынку, было не готово на дальнейшую трансформацию хозяйственной системы, так как это неизбежно привело бы к необходимости политической либерализации.

 

 

Источник: Краткая история российской экономики. Учебное пособие.2-е доп. изд. под ред. проф. Ю.П. Филякина — М.: Меридиан, 2007. —  320 с.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*