Экономическое развитие России в период промышленной модернизации

Своеобразием  развития  промышленного  переворота  в  России  было  то,  что  население было  бедным   и  неграмотным;  вольнонаемный  труд  преобладал  в  форме  отходничества;  в стране  отсутствовал   необходимый  капитал;    внутренний   и  внешний   рынки  были  недостаточно развиты. Очень  важно  отметить,  что   государство   развивало  промышленность  ради   решения военных  проблем,   поэтому  рост  капиталовложений  в  тяжелую  индустрию  происходил  за счет    легкой  промышленности  и  сельского  хозяйства.  При  этом  Россия  оказалась единственной  среди  промышленных  стран  того  периода  времени,   которая  предпринимала индустриализацию, не располагая сильным аграрным сектором.

Промышленный  переворот  в  России  начинался,  как  и  в  Англии,   с  легкой промышленности.  В   10 – 30-е  гг.  XIX  в.  Внедрялись  паровые  машины  английского производства  в  хлопчатобумажную  промышленность,  хотя  первая  отечественная  паровая машина Ползунова была изобретена ещё в 1790 г. В 30 – 60-е гг. XIX в. фабричные формы производства  активно  внедрялись  уже  и  в  тяжелую  промышленность.  Благодаря  этому возникло отечественное машиностроение и началось строительство железных дорог. Первые машиностроительные  заводы  возникли  в  Петербурге,  Нижнем  Новгороде  (Сормово)  и других  городах,  но  эта  отрасль  была  недостаточно  развитой  вплоть  до  конца  XIX  в.  В результате  промышленного  переворота  с  1804  по  1864  г.  производительность  труда  в отечественной  промышленности  выросла  почти  в  5  раз,  выпуск  промышленной продукции вырос в 2 раза, выпуск продукции тяжелой промышленности –в 2,5 раза, добыча каменного угля  увеличилась в 3 раза, а добыча нефти –в 2,5 раз. По добыче нефти Россия вышла на первое место в мире.

Очень  важно  отметить,  что  государственная  политика  в  это  время  имела   ярко выраженный  запретительно-протекционистский  характер.  С  начала  ХIХ  в.  правительство неоднократно принимало меры для активизации промышленной и торговой деятельности, с целью  пополнения  казны  и  защиты  российской  промышленности.  Для  этого  в  1810,  1816, 1819, 1850 и 1857 гг. повышались таможенные пошлины на ввозимое и вывозимое сырьё, и поощрялся  ввоз  оборудования  и  вывоз  готовой  продукции.  Однако  протекционистский характер таможенного законодательства не отвечал нуждам развивающегося государства, т. к. в отличие от развитых стран в России доходы от внешней торговли шли преимущественно на военные нужды и на непроизводительное потребление правящих кругов.

Отмена   крепостного  права  в  1861  г.  ускорила  завершение  промышленного переворота. После отмены крепостного права промышленный переворот прошел как бы два этапа.

В  60 – 70-е  годы  осуществлялась   перестройка  промышленности.  К  1860  г.  80  % рабочих  составляли  вольнонаемные.  В  конце  70-х – начале  80-х  годов  XIX  в.  на  основе применения  вольнонаемного  труда  в  России  начали  формироваться  основные промышленные  районы – Северо-Западный   (Петербургско-Прибалтийский),  Центральный (Московский) и Южный (Харьковский). Концентрация промышленности в отдельных частях России была одной из специфических особенностей ее экономики. При этом новые формы организации  производства  быстрее  внедрялись  в  легкую  промышленность  (текстильную, пищевую и бумагоделательную). В этих отраслях ручной труд быстро заменялся машинным, создавались  новые  и  реконструировались  старые  предприятия.  Медленнее  осуществлялись перемены  в  тяжелой  промышленности,  так  при  производстве  железа  и  чугуна  стали использовать  вместо  конного  привода  паровые  двигатели  (Петербургский  чугунолитейный завод и др.).

Отмена крепостного права привела, с одной стороны, к переходу промышленности на вольнонаемный труд, а с другой – к формированию рынка рабочей силы, который стал одной из  причин  временного  спада,  особенно  в  отраслях  промышленности,  использовавших  труд крепостных.  Поэтому  наблюдалось  замедление  темпов  производства, особенно  в традиционных  промышленных   районах,  в  частности,  на  Урале.  Наиболее  сильно  кризис проявлялся в металлургии: за два года, с 1860 по 1862, выплавка чугуна снизилась на 25 %.

Заметно  сократилось  число  промышленных  заведений  и  количество  рабочих  в суконном производстве.  Наиболее  передовая  отрасль  российской  промышленности – хлопчатобумажная,  еще  до  реформы  базировавшаяся  на  использовании  вольнонаемного труда, в первой половине 60-х годов испытала тяжелые последствия вследствие сокращения ввоза американского хлопка, вызванного Гражданской войной в США.

В  60-е  гг.  начинается  переориентация  государственной   политики,  во-первых,  её ориентируют   на  расширение  внутреннего  рынка  за  счет  стимулирования  инвестиций  в промышленность  и  железнодорожное  строительство,  а, во-вторых,  её  направляют  на оказание  помощи  сельскому  хозяйству.  Экономическая  поддержка  сельского  хозяйства осуществлялась в основном через фискальную политику (снижение налогов на производство за  счет  равномерного  распределения  бремени  по  всем  сословиям).  При  этом  если  все европейские  страны  решали  задачу  аграрного  перенаселения  как  проблему  малоземелья,  в России же наличие свободных земель сохраняло базу для экстенсивного типа развития.

В  80 – 90-е  годы  произошел  бурный  экономический  подъем,  что  стало  следствием завершения промышленного переворота. Основная промышленная продукция России стала производиться   на  предприятиях,  оборудованных  паровыми  и  электрическими  машинами. Интенсивно стали развиваться новые отрасли –угольная, нефтедобывающая, химическая и машиностроительная.   В  это  время  резко  возросла  роль  Донецкого  бассейна,  Бакинского района, машиностроительных центров в Петербурге и Нижнем Новгороде.

На  всем  протяжении  рассматриваемого  столетия  Российская  текстильная промышленность эффективно  осваивала  передовые  европейские  промышленные  и  научно-технические  достижения  при  участии  иностранных  предпринимателей.  К  1812  г.  только  в Москве существовало уже 11 бумагопрядильных фабрик с 780 прядильными машинами. В их число  входили  ситценабивные  фабрики,  принадлежавшие  иностранцам,  главным  образом немцам и французам (Лютшу, Битенажу, Остериду, Веберу и др.).

Быстрыми темпами увеличивался ввоз из Англии усовершенствованных инструментов, оборудования и машин для оснащения русских текстильных фабрик. Если в 1815 – 1816 гг. было ввезено машин и оборудования всего на 83 тыс. рублей ассигнациями, то в 1850 г. – на 2685 тыс. кредитных рублей (около 8397 тыс. рублей ассигнациями). Резкий скачок поставок оборудования к началу 1850-х годов был обусловлен тем, что в 1842 г. в Англии был отменен запрет на вывоз прядильных и ткацких машин.

Зарубежные  технические  новинки  попадали  в  России  на  подготовленную  почву.  Так, еще  в  начале  второго  десятилетия  XIX  в.  русские  ремесленники-ткачи,  узнав  от  пленных французов  о  способе  производства  тканей  при  помощи  челнока,  собственными  силами изготовили  эту  техническую  новинку.  То  же  можно  сказать  и  о  жаккардовых  станах  для шелкоткацкого производства, которые стали собираться по чертежам, попавшим в Россию из Англии «контрабандным путем».

В  конце  первой  половины  XIX  в.  англичане,  признанные  авторитеты  в  текстильной отрасли, стремились распространить свое влияние на российскую промышленность. В историю текстильной промышленности России яркой страницей вошла деятельность в  40 – 60-х  годах  известного  предпринимателя  Л.  И.  Кнопа.  В  Москве  даже  ходила поговорка: «Где церковь, там и поп, а где фабрика, – там Кноп». Поговорка довольно верно характеризовала  существующее  положение.  Всего  Кноп  принял  участие  в  создании 122 ткацких фабрик, в том числе таких крупных, как Морозовские, Даниловские, Вознесенские мануфактуры.

Во  второй  четверти  XIX  в.  продолжалось  приглашение  зарубежных  специалистов  на уже действующие предприятия. Вслед  за  англичанами  к  текстильной  отрасли промышленности  проявили  интерес французские  предприниматели.  Основным  полем  их  деятельности  была  Москва,  где старейшим  предприятием,  основанным  французским  подданным,  являлась  ситценабивная фабрика, которую в 1825 г. открыл выходец из Эльзаса И. Штейнбах. В 1833 г. французский предприниматель  П.  Гужон  основал  в  Москве  шелкоткацкую  фабрику.  С  1846  г.  начала выпуск продукции ситценабивная фабрика А. Гюбнера.

К  середине  XIX  в.  отечественное  прядильное  и  ситцепечатное  производство  было основано  на  привезенных   из-за  границы  машинах.  Благодаря  этому  хлопчатобумажные ткани  стали  самым  дешевым  материалом  для  пошива  одежды.  При этом, чем  беднее  было население,  тем  больше  среди  него  был  спрос  на  хлопчатобумажные  изделия. Хлопчатобумажное  производство  при  участии  зарубежных  предпринимателей  и специалистов за первую половину XIX в. выросло в 50 раз, и Россия, полностью обеспечив себя хлопчатобумажными тканями, начала их экспорт в страны Азии.

В  текстильной  промышленности,  несмотря  на  наличие  большого  числа  иностранных предпринимателей, преобладал отечественный капитал, занимавший в ней прочные позиции еще  с  мануфактурного  периода  предшествующего  столетия.  Имена  Абрикосовых, Бахрушиных,  Бурылиных,  Гарелиных,  Коноваловых,  Морозовых,  Прохоровых, Рябушинских, Третьяковых и других помнят в нашей стране и сегодня, в начале XXI в.

В середине XIX в. была создана отечественная парфюмерная промышленность, которая имела большое значение, прежде всего с точки зрения санитарии и здравоохранения, а также для  развития  общей  культуры  быта  населения.   Ее  основателями  стали  французские предприниматели,  ведущие  мировые  производители  парфюмерии.  В  1843  г.  француз  А. Ралле  построил  в  Москве  мыловаренное  и  парфюмерное  заведение  (сегодня  это  известная фабрика «Свобода»). Французский предприниматель А.Сиу в 1855 г. основал парфюмерную фабрику.  Весной  1864  г.  начался  выпуск  флаконов  для  духов,  химической  и  аптекарской посуды на заводе хрустальных изделий А. Дютфуа (ныне фабрика «Северное сияние»). В том же году начал производство мыла Г.Брокар, впоследствии ведущий российский парфюмер.

Брокар освоил выпуск и пустил в продажу «копеечное мыло», имевшее форму огурца, которое расходилось по самым глухим деревням России. Осенью 1869 г. он перевел фабрику на  Серпуховскую  заставу,  где  она  потом  расширилась  на  целый  квартал  и  на  этом  месте сохранилась до нашего времени под названием «Новая заря». В 1871 г. он вместе с московским  купцом  В.  Германом  основал  торговый  дом  «Брокар  и  К°».  В  1872  г.  на  Никольской улице в центре Москвы открылся его фирменный магазин. Брокар работал над созданием духов, способных конкурировать с лучшими в мире – французскими. Изделия его фабрики получали золотые медали на выставках в Бостоне, Антверпене, на Международной выставке в  Париже.  Фирменным  изделием  фабрики Брокаров  был  «Цветочный  одеколон»,  который прочно  завоевал  российский  рынок.  Брокар  был  одним  из  первых  в  России  иностранных меценатов.  Он  жертвовал  деньги  на  развитие  русской  археологии,  делал  вклады  в  пользу Общества московских библиографов. Его картинная галерея насчитывала около 500 полотен художников фламандской, голландской и русской школ.

При  участии  иностранных,  главным  образом  французских,  предпринимателей  к середине  XIX  века   в  России  сложилась  кондитерская  промышленность  с  широким ассортиментом  продукции.  Выпускались  шоколад  и  какао,  конфеты  и  карамель,  печенье  и пирожные,  мармелад,  пастила  и  многое  другое.  Некоторые  столичные  фирмы  особенно славились качеством своих изделий. В Петербурге это были фабрики товарищества «Жорж Барман», торгового дома «Блигкен и Робинсон», купца В. М. Конради, фирмы «Георг Ландрин» и др. В Москве —торгового дома «Сиу и К», товарищества «Эйнем» и др.

Французы внесли большой вклад в создание свеклосахарной промышленности, приняв участие  в  строительстве  четырех  заводов  в  Подольской  губернии  и  одного  в  Харьковской. Получаемое  на  этих  предприятиях  сырье  поступало  большей  частью  на  французские кондитерские фабрики в Москве и других городах России. Начиная со второй четверти XIX в. промышленный переворот постепенно захватывает отечественную тяжелую промышленность. Однако он проходил гораздо медленнее, так как в  отличие  от  текстильной  промышленности  (которая  располагалась  в  исторически сложившихся  районах  производства),  металлургические  и  металлообрабатываю щие предприятия, например, большей частью возводились на новых местах, на Юге России. При этом Россия стремилась использовать передовые технические достижения и опыт крупного машинного производства стран Западной Европы и США.

Так, в российском чугунолитейноми железоделательном производстве по зарубежным проектам  были  установлены  первые  прокатные  станы.  Применялся  разработанный английским изобретателем Г. Бессемером конверторный способ передела жидкого чугуна в сталь  и  др.  На  предприятиях  тяжелой  промышленности  России  внедрялись высокопроизводительные  машины  (станки,  паровые  и  электрические  двигатели)  и современное заводское оборудование.

В  техническом  перевооружении  черной  металлургии  и  создании  машиностроения наряду  с  англичанами  участвовали  выходцы  из Германии.  В  это  же  время   машинное производство  с  использованием  иностранных  технологий  начинает  проникать  в сельскохозяйственное  машиностроение.  На  заводе  сельскохозяйственных  машин  Вильсона по  американским  проектам  был  начат  выпуск  молотилок  и  плугов.  Американские промышленники  обосновывали  необходимость  их  производства  непосредственно  в  России дороговизной ввоза в страну, наличием высоких тарифных барьеров.

Зарубежные предприниматели все шире привлекались к выполнению казенных заказов, так они стояли у истоков отечественной военной промышленности. В  годы  Крымской  войны,  когда  был  прекращен  импорт  вооружений  из  Англии,  в России  открыли  торговлю  оружием  и  приступили  к  строительству  заводов  бельгийские оружейные фабриканты. Имя одного из них –Леона Нагана прочно вошло в русский язык в качестве названия системы револьвера, долгое время состоявшего на вооружении в русской армии.

Правительства  Александра  I  и  Николая  I  продолжали  политику  своих предшественников, направленную на привлечение колонистов из западноевропейских стран, в  первую  очередь  ремесленников  и  предпринимателей.  Местами  переселения  были определены западные губернии России. Переселенцы освобождались от налогов и военного постоя.  Зарубежным  предпринимателям  были  предоставлены  значительные  ссуды  «на устройство  фабрик» – только  за  7  лет  (с  1822  по  1828  г.)  они  получили  от  русского правительства 770 тыс. рублей из специально учрежденного «фабричного фонда», не считая бесплатной выдачи строительных материалов.

В губерниях Царства  Польского на средства русского  правительства  фактически  был  создан  немецкий  фабричный  район,  успешно конкурировавший с русскими промышленниками. Промышленники Московского района уже в  1830  г.  возбудили  ходатайство  по  ликвидации  привилегий,  предоставленных предпринимателям-иностранцам.  Такие  протесты  повторялись  неоднократно.  Но  у  иностранцев было преимущество: они имели возможность получать кредиты не только в России, но и на своей родине.

Строительство новых предприятий обусловливало высокий спрос на капитал, который в  значительной  степени  мог  быть  удовлетворен  за  счет  иностранных  инвестиций. Заграничные  займы  и  инвестиции,  использование  передового  зарубежного производственного и коммерческого опыта должны были стать важным фактором экономического роста России.

Индустриальное развитие во второй половине XIX в. осуществлялось не только за счет оснащения   промышленности  машинной  техники,  но  и  благодаря  совмещению промышленной революции и созданием основы железнодорожной сети. К рассматриваемому периоду  времени  в  стране, благодаря  развитию  промышленности,  внутренней  и  внешней торговли,  назрели  потребности  в  создании  современных  путей  сообщения – морского, речного и железнодорожного транспорта. Особенно остро стоял железнодорожный вопрос.

Россия  катастрофически  отставала  в  области  железнодорожного  строительства  от капиталистических стран Запада. Технический переворот на транспорте, начавшийся в 30 – 40-х  годах  XIX  в.,  проходил  успешнее,  чем  в  промышленности,  потому  что  транспорт изначально был сферой применения наемного труда. Железные дороги строились с широким привлечением  частного  (в  том  числе  иностранного)  капитала.  Однако  уже  к  середине  90-х годов  большая  часть  железных  дорог  находилась  в  государственном  ведении.  (Это  было одним   из  характерных  примеров  формирования   государственного   капитализма.)

Приступив  к  сооружению  собственной  железнодорожной  сети,  российское  правительство попыталось  напрямую  воспользоваться  зарубежным  техническим  опытом,  пригласив инженеров  из-за  границы  для  участия  в  проектировании  путевого  хозяйства,  мостов  и путепроводов.  Однако  в  дореформенной  России  не  смогли  разрешить  неотложные народнохозяйственные  задачи.  К  1861  г.  протяженность  действующих  железных  дорог составляла всего около 1,5 тыс. километров, тогда как в Англии она была в 10 раз больше – до 15 тыс. километров.

Наиболее  интенсивно   железнодорожная   сеть   создавалась   в   европейской  части России,  центром  которой  была  Москва.  К  концу  XIX  в.  железные  дороги  появились  в Закавказье,  Средней  Азии,  на  Урале  и  в Сибири.  В  50-е  годы  в  России  протяженность железных дорог увеличилась до 53 тыс. Основные хозяйственные перевозки осуществлялись по железным дорогам. Железнодорожное строительство теснее связало Россию с Европой.

В  России  первый  пароход  «Елизавета»  был построен  в  1813  г.  на  заводе  Ф.  Берда  в Санкт-Петербурге. Он курсировал между столицей и Кронштадтом. В 1817 г. заводу Берда была  выдана  привилегия  на  строительство  пароходов  этого  типа.  Однако  внутренние возможности российского судостроения были ограничены, и правительство было вынуждено обратиться за содействием к зарубежным предпринимателям. Бельгийский предприниматель Джон Коккрилл основал акционерное общество, которое стало поставлять в Россию морские и  речные  суда.  Эти  поставки  позволили  к  1850-м годам  открыть  пассажирское  и  грузовое пароходное  сообщение  на  главнейших  реках  России.  К  1860  г.  только  по  Волге  и  ее притокам  ходило  около  350  паровых  судов,  на  долю  которых  приходилась  основная  часть грузоперевозок.  Тогда  же  было  начато  строительство  нескольких  каналов,  соединивших бассейны  Волги,  Западной  и  Северной  Двины,  Немана  и  Вислы;  были  реконструированы старые петровские каналы –Вышневолоцкий, Ладожский и др.

В  1856  г.  были  основаны  торговые  пароходства  на  Балтийском  и  Черном  морях,  что положительно сказалось на состоянии российской внешней торговли.

С  середины  XIX  в.  начало  развиваться  торговое  речное  и  морское  судоходство  на русском  Дальнем  Востоке.  На  Амуре  заметную  роль  в  становлении  русско-китайской торговли  сыграло  основанное  в  1858 г.  акционерное  общество  «Амурская  торговая  компания».  Общество  имело  небольшую  флотилию  для  торговли  с  Китаем  и  Японией.  До  80-х годов,  когда  в  порты  этих  стран  стали  совершать  регулярные  рейсы  суда  Добровольного флота, грузовыми перевозками занимались суда Российско-американской компании, а также транспорты Сибирской военной компании.

В   XIX  в.  в  России  бурно  развиваются  вначале  почтовые,  а  затем  и  телеграфные средства связи. К началу XIX в. в России насчитывалось свыше 460 почтовых станций. С 1837  г. почтовые  отправления  стали  перевозить  по  железной  дороге.  Почтовой  связью Россия  была  связана  с  большинством  европейских  государств.  Эта  связь  способствовала внешней торговле, обеспечивая, в частности, денежные переводы.

Важной вехой стал выпуск в 1840 г. в Англии почтовой марки. В 1858 г. почтовые марки появились в России. Телеграфная связь в 1853 г. была установлена с Англией, Германией, Австро-Венгрией и  другими  европейскими  странами.  В  дальнейшем  наземные  телеграфные  линии  были протянуты  в  Китай,  Персию  и  Турцию.  Были  проложены  подводные  телеграфные  кабели, связывающие Россию с Данией, Швецией и Японией. В  последующий  период  почтовые,  телеграфные  и  телефонные  коммуникации  стали обслуживать весь комплекс международных связей России со странами Европы и Азии.

 

Источник: Краткая история российской экономики. Учебное пособие.2-е доп. изд. под ред. проф. Ю.П. Филякина — М.: Меридиан, 2007. —  320 с.

Оставьте первый комментарий

Оставить комментарий

Ваш электронный адрес не будет опубликован.


*